Тайванский вояж Пелоси подталкивает Си Цзиньпиня к сближению с Москвой
2–3 августа Тайвань посетила спикер палаты представителей США Нэнси Пелоси. Сделала это, несмотря на предупреждения Пекина и его усиленную военную активность вокруг острова. Свой визит Пелоси сопроводила громкими заявлениями о "поддержке партнера" и "продвижении свободы в Индо-Тихоокеанском регионе".
Комментируя этот визит, американская разведывательно-аналитическая компания Stratfor связала его с экономическими причинами. По данным этого "теневого ЦРУ", провокация, устроенная Пелоси, вызвана тем, что Китай активно сбрасывает трежерис – распродает гособлигации США. С 2019 года вложения КНР в американские долговые обязательства упали с $1138,9 до $980,8 млрд, то есть на 14%, и достигли минимального уровня за последние 10 лет. В связи с этим утверждается, что провокация Пелоси имеет целью раскрыть слабые стороны соперника. А именно – показать, что ахиллесовой пятой КНР является зависимость от его активов в США.
Объемы китайских активов в Штатах на порядок больше, чем американских в Китае. В случае их ареста экономика КНР пострадает в разы больше, чем экономика США. Поэтому Пекин якобы настолько опасается ареста своих активов, по аналогии с Россией, что не решится устраивать конфликт из-за Тайваня.
Далее аналитики Stratfor указывают на то, что Китай сбрасывал трежерис в странах Африки и Латинской Америки. Эти территории с конца XX века являлись объектом китайской экономической экспансии, пик которой пришелся на период правления Си Цзиньпиня. Его внешнеполитическая концепция "дипломатии великой державы с китайской спецификой" заключалась в том, чтобы позиционировать КНР альтернативой глобальному влиянию США. В таком статусе Пекин предлагал своим "партнерам" поддержку и защиту. В свою очередь, требовал немногого: отдать свои ресурсы в обмен… на американские долговые обязательства, предусмотрительно накопленные Народным банком КНР. Благодаря этому Пекин расталкивал в Африке и Латинской Америке американские гособлигации, получая взамен доступ к ресурсам.
Проблема только в том, что Запад исторически считал оба континента своей сферой влияния. Поэтому с крайним раздражением смотрел на экономическую экспансию Пекина, которая реализовывалась за счет долговых обязательств США перед КНР.
В этой связи аналитики Stratfor прослеживают в действиях Пелоси психологический расчет. Она нанесла удар по престижу Пекина в глазах его экономических партнеров. Если Си Цзиньпин не в состоянии защитить даже свою территорию (Тайвань формально считается частью КНР), то как он сможет защитить других?
Подчеркнем: речь идет об экономической версии целей визита Пелоси, представленной "теневым ЦРУ".
Есть еще и политическая версия. Она гласит, что Штаты пытаются сыграть на внутриполитических противоречиях Китая. Сторонники подобной версии указывают на то, что США всегда устраивали провокации на Тайване в канун партийных съездов.
Так было в 1954–1958 годах, когда Штаты демонстративно подписали "оборонительный" договор с Тайванем, а американский флот взял остров под защиту. Подобные действия совпали с подготовкой и проведением VIII съезда Коммунистической партии Китая. Оппоненты председателя КНР Мао Цзэдуна использовали его неспособность решить тайваньский вопрос для ослабления позиций генсека. В результате съезд КПК принял решение о разделении партийных и государственных постов. Мао был вынужден уступить пост председателя КНР своему оппоненту. Формально он сохранил за собой пост главы КПК, но в партии было введено коллегиальное правление.
История повторилась в 1996–1997 годах. Тогда президент США принял решение о направлении в зону Тайваньского пролива двух авианосных групп. Одновременно спикер нижней палаты конгресса Ньют Гингрич, подобно Пелоси, посетил Тайбэй и продемонстрировал поддержку Тайваня. Возникший кризис совпал с обострением борьбы за власть внутри КПК, вызванной смертью Дэн Сяопина. В итоге победителем из этой борьбы вышел Цзян Цзэминь. Он воспользовался неспособностью своих оппонентов решить тайваньский вопрос и значительно укрепил позиции на XV съезде КПК.
Нынешний тайваньский инцидент не стал исключением. Он произошел в разгар подготовки к XX съезду Компартии Китая, который запланирован на октябрь. На данный момент завершается формирование делегаций на предстоящий партийный форум.
XX съезд преподносится в Китае как "исторический". Предполагается, что на нем представители 90-миллионной КПК переизберут на третий срок своего нынешнего лидера Си Цзиньпиня. Тем самым откажутся от правила, некогда сформулированного Дэн Сяопином, о полной ротации высшего руководства партии каждые 10 лет. Для Си переизбрание станет третьей пятилеткой.
При этом позиции Си в самой партии далеки от прочности. Ему, сыну высокопоставленного партийного функционера, постоянно приходится балансировать между двумя влиятельными фракциями "комсомольцев" и "шанхайцев".
Первые сделали свою карьеру благодаря комсомольской деятельности, а вторые ассоциируются с партийной бизнес-элитой. "Шанхайцы", как правило, начинали свою карьеру в Шанхае, который считается экономической столицей Китая. Практически все основные государственные и партийные посты распределены между этими двумя фракциями. У Си оставался лишь один инструмент влияния на них – контроль над Центральной комиссией КПК по проверке дисциплины. Этот аналог Комиссии партийного контроля КПСС имеет досье на каждого партийца и может в любой момент привлечь его к ответственности.
В этой ситуации тайваньский вояж Пелоси и неспособность центральной власти его предупредить могут быть использованы "комсомольцами" и "шанхайцами" для одновременной атаки на Си. Взамен на переизбрание ему придется что-то уступить. Такой уступкой может стать отказ от контроля над Центральной комиссией КПК по проверке дисциплины. В таком случае он лишится самого весомого инструмента влияния на партийную элиту.
Другое дело, что Си обязательно запомнит то, что ему преподнесли американцы в канун съезда. И если он все же сохранит свои позиции во внутрипартийной борьбе, то обязательно постарается ответить.
Добавим, что затягивание внутрипартийной борьбы в Китае, как и ослабление позиций Си Цзиньпиня, может стать сдерживающим фактором для развития российско-китайских отношений. Пекин в этом случае будет вынужден переключиться на внутренние дела. Напротив, победа Си станет стимулом к укреплению связей между нашими странами. Ведь в стремлении ответить американцам он сможет опереться только на поддержку России. И тут для Москвы откроется новое окно возможностей.