Борьба с пастереллезом ударила по фермерам в Новосибирской области

Фермеры в Новосибирской области оказались на грани разорения. Там вынужденно введен режим чрезвычайной ситуации и начался убой скота из-за вспышки опасных заболеваний. Региональные власти считают, что это единственно правильный способ предотвратить куда худшую беду. Однако аграрии считают, что их просто "обнулили". Для многих животноводство – единственный способ обеспечить семью. Все подробности – в репортаже корреспондента РЕН ТВ Александра Надсадного для "Итоговой программы с Петром Марченко".

Иного выхода не было

Ордынский район Новосибирской области в зоне Чрезвычайной ситуации. Чем ближе крыши сельских домиков, попавших в зону карантина, тем это заметнее. Дорога перекрыта шлагбаумом. На въезде КПП, эпидемиологические службы опрыскивают колеса машин дезинфицирующим раствором. Село Козиха, где ветеринарные службы обнаружили вспышку пастереллеза, опасного инфекционного заболевания, замер в плену сибирских сугробов. За шлагбаум пропускают только местных с пропиской.

Съемочной группе РЕН ТВ все же разрешили заехать. На улицах Козихи было безлюдно, жители сидели по домам. В каждом дворе держат коров, которых называют кормилицами, поэтому карантин для местных – это большие проблемы.

О вспышке пастереллеза стало известно неделю назад. Десятки частных хозяйств оказались в зоне заражения. Началась ликвидация животных – иного выхода не было.

"Бактерии, которые поражают крупный рогатый скот, прекрасно сохраняются в почве, в воде, в мясе животных. Даже в замороженном состоянии заражение может передаваться и человеку", – отметила доцент кафедры пищевых технологий и биоинженерии РЭУ им. Плеханова Елена Мясникова.

Но от отсутствия прямого диалога с властями у людей появилось и непонимание, и ощущение несправедливости.

"Мы же не против, пусть придут, посмотрят, возьмут анализы у нас и скажут, покажут: "Вот, ваша скотина больная", – сказала местная жительница Наталья.

Сама операция по локализации скота порой проходила так неуклюже, что сельчане просто отказывались верить в страшный диагноз.

"Больной скот так себя не ведет, правда? Уже бы вся деревня у нас вымерла", – добавила другая местная жительница Ольга.

История вышла громкой

Похожие вспышки были и в других регионах, но в Новосибирской области история вышла громкой. Тому две причины. Первая: нестандартная форма пастереллеза, нетипичные для патогена мутации и адаптация к антибактериальной терапии.

"Вакцина, профилактика оказалась неэффективной. По причине изменения генетического материала самой пастереллы", – рассказал начальник Новосибирского областного центра ветеринарно-санитарного обеспечения Юрий Шмидт.

Вторая – информационная блокада. Оттого сарафанное радио сработало быстрее срочных телеграмм. Теории заговоров посыпались одна за другой. Возле клуба сельчане обсуждали, что будет с их буренками, если обитателей фермы "Водолей", которые еще пасутся возле ангара, поведут на убой.

"По закону, мы попадаем под пять километров, потому что "Водолей" буквально в 100 метрах от деревни", – добавил владелец фермы Тимофей Мироненко.

Главный удар борьбы с эпидемией пришелся на средние хозяйства. Надежда несколько месяцев назад вложилась в бизнес: купила мясную породу бычков и баранов, всего 1000 голов. Они пали первыми.

"Должны были какие-то службы все равно среагировать, оповестить меня, позвонить хотя бы. Нет, такого не произошло", – сказала собственница поголовья Надежда Лик.

За ответами съемочная группа пошла в областную администрацию. Но там чиновников нужно еще поймать. Участники забега: фермер Светлана Панина, потерявшая все стадо, и министр сельского хозяйства Новосибирской области Андрей Шинделов. В итоге диалог налаживала рабочая группа из Москвы во главе с руководителем Россельхознадзора.

"Аномальные погодные условия, перепады температуры, ослабление животных – они дают новые формы, и люди этого не понимают, что есть какие-то новые формы. Людям надо все объяснить", – объяснил руководитель Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору Сергей Данкверт.

От областного центра до поселков, оказавшихся в зоне ЧС, объяснения о мутированном вирусе доходят с опозданием. Сюда ни пройти ни проехать, только на машине местных жителей. В Новопичугово съемочную группу РЕН ТВ привезла Татьяна. Ни ей, ни соседям причины карантина изначально никто не объяснил.

Есть все шансы сохранить кормилиц

Уже месяц скот стоит в загонах. Из-за страха нарушить карантин к ним заходят только хозяева. Татьяна сама снимает их на телефон, чтобы убедить всех – животные здоровы.

"Приезжайте с любыми плановыми, внеплановые проверками. Нам в этом было отказано, просто сказали: всех нужно будет уничтожить", – рассказала жительница поселка Новопичугово Татьяна Суркова.

В ее хозяйстве шесть коров и дюжина баранов – это молоко, мясо, сыр. Хватало всей семье и оставалось на продажу.

"Я прошла за всеми, обняла и стою, плачу над ними", – добавила Суркова.

Гостеприимное сибирское село ушло в глухую оборону. Люди прячут свою скотину и вешают на калитки замки.

"Мы боимся просто навредить своим животным. Потому что раз карантин, значит, карантин. Да, мы согласны на все меры. Да, возьмите кровь, проверьте", – сказала другая жительница поселка Новопичугово Оксана Виль.

Вспышки бешенства и пастереллеза накрыли 10 регионов от Пензы до Омска. Фермерам, потерявшим скот, полагается компенсация.

"Каждой семье, где изымаются животные, там будут выделяться дополнительные средства. Такое постановление по предложению прокуратуры уже вынесено", – заявил прокурор Новосибирской области Александр Бучман.

В Новосибирской области карантин продлится 30 дней с момента последнего обнаружения заболевшего животного, а учитывая, что очаг вспышки уже был купирован, – у хозяев коров с прекрасным аппетитом есть все шансы сохранить своих кормилиц.

РЕН ТВ в мессенджере МАХ – главный по происшествиям