Бойцы ВС РФ уничтожают пункты управления БПЛА в приграничных лесах
Российские военные расширяют плацдарм в Харьковской области. Освобождение Польной и Новоалександровки создает условия для удара по Приколотному с двух сторон. За этот населенный пункт сейчас ведутся бои. Под угрозой окружения еще одна группировка ВСУ. Тем временем в волчанском котле положение украинских боевиков становится все сложнее. Подробнее рассказал военный корреспондент Денис Кулага в сюжете РЕН ТВ.
В приграничье все измеряется не километрами, а метрами продвижения.
"Поход по лесам приграничья – это когда ты вынужден вслушиваться в каждый звук, в каждое жужжание, нередко путая даже с жужжанием пчел, – настолько здесь все внимательны буквально к каждому шороху", – отметил корреспондент.
Война ушла в леса. Противник бросил все свои беспилотники на деблокаду волчанского котла, рассчитывая на технологический перевес. Но в лесу он не работает – каждую раскрытую точку БПЛА российские военные отслеживают.
Пока враг тратит дроны, российские войска используют лес для скрытого передвижения. Результат – контроль над Новоалександровкой и Польной в Харьковской области. Эти села открывают путь к господству над лесными коридорами и лишают противника возможности маневрировать.
Операторы беспилотников группировки работают хирургически точно: обнаружили пункт управления – координаты ушли наверх, и вот уже расчеты "Мсты" разворачиваются на позициях.
Где-то в 15 километрах, в глубине лесного массива, вспыхивает и разваливается то, что было пунктом управления украинских БПЛА. Именно оттуда вражеские дроны шли на белгородское приграничье и вглубь, на мирные города. После выстрела – тишина: все смотрят в небо, не появится ли ответка.
"Просто надо делать свою работу и все, как бы не было страшно, я считаю, так и делаем! Страшно, но надо все равно делать", – поделился военнослужащий группировки войск "Север" ВС России с позывным Сонный.
Из-за огромного количества дронов противника любая ошибка становится последней. Если враг все же дотягивается до нашей техники, то моментально подключаются ремонтно-эвакуационные группы. Они работают урывками, в промежутках между пролетами, используя каждую минуту затишья.
Рембаза "Севера" – это не госпиталь для техники где-то в глубоком тылу. Это передовая, сжатая до размеров лесного навеса, натянутых маскировочных сетей и блиндажа. Здесь расширенный фронт работы: одни чинят технику, другие занимаются установкой специальной защиты. Рядом все контролируют те, кто после работ поведет эту технику в бой.
"В работах по восстановлению, техническому обслуживанию и модернизации вооружений, техники принимают участие и экипажи: механики-водители, наводчики-операторы и командиры машин", – уточнил военнослужащий группировки войск "Север" ВС России с позывным Сибирь.
Проходит примерно полдня – и машина уже работает по целям. Так выглядит арифметика войны: чем быстрее техника вернется в строй, тем больше людей останется живыми. Здесь не считают подвиги – здесь считают единицы восстановленной техники и дни, на которые эти машины продлят чью-то жизнь, пока идет бой за расширение буферной зоны в российском приграничье.
РЕН ТВ в мессенджере "МАКС" – главный по происшествиям